«Мы еще не на самом дне»

 ПЕРВЫЕ ЛИЦА
Директор новосибирской фабрики — о том, как дешевый рубль убивает промышленность, почему нечем заменять импорт и когда возможна отставка правительства
В Заельцовском районе, там, где встречаются две шумные магистрали — ул. Дуси Ковальчук и ул. Владимировская, — берет свое начало крохотная улочка 1-я Ельцовка. Множество автомобильных фур ждут здесь кто погрузки, кто разгрузки — рядом немало складских комплексов и производственных предприятий. Крупнейшее из них — фабрика «Сибирская кожгалантерея». Созданная в 1929 году для выпуска седел и хомутов, к началу 90-х годов фабрика стала крупнейшим кожгалантерейным объединением Сибири. Сейчас здесь выпускают более 300 моделей сумок, а также портмоне, бумажники и футляры под брендами Deora и Ambridge, по-прежнему производят и конскую упряжь. Валютный и экономический кризис изменили планы предприятия, но генеральный директор «Сибирской кожгалантереи» Александр Курцевич спокоен и немного ироничен. В интервью НГС.БИЗНЕС он объяснил, почему предприятие заморозило свою инвестиционную программу на ближайшие два года и как будет развиваться без банковских кредитов.

Справка: Курцевич Александр Иванович — генеральный директор ЗАО «Сибирская кожгалантерея». Родился в 1957 году. Окончил Московский государственный университет дизайна и технологии и школу бизнеса Fuqua, Duke University. Возглавляет предприятие с 1985 года.

Девальвация рубля на руку вашему предприятию? Появился шанс для импортозамещения?

Это два разных вопроса. Девальвация рубля, безусловно, невыгодна нам. Назову только две причины. Первая — мы зависим от покупательского спроса, а доходы людей упали. Думаю, спрос на нашу продукцию сократится как минимум на 15–20 %. Всё бóльшая часть дохода российских семей будет тратиться на продукты питания и другие жизненно необходимые статьи расходов. Товары народного потребления к ним явно не относятся. Второе последствие девальвации — короче стал горизонт планирования.

Если раньше у нас был план развития до 2020 года, то сейчас его пришлось положить на полку. Никто не знает, чтó будет хотя бы через год. Теперь живем по квартальному плану. Но без долгосрочных проектов промышленность не может развиваться. Нынешняя девальвация дестимулирует промышленность.

В 1998 году дешевый рубль оживил производство. Почему сейчас этого не происходит?

Тогда в стране, в том числе и на нашей фабрике, были свободные незадействованные производственные мощности. На рынке труда было много рабочих и инженеров, которые не растеряли квалификацию. Сейчас же кардинально изменился рынок труда — страна вошла в демографический кризис, некому встать к станку, в дефиците грамотные инженеры.

Что мешает купить новые станки?

Для нашей отрасли отечественного оборудования просто нет. А импортное в результате девальвации подорожало вдвое. Мы планировали в этом году затратить 200 тыс. евро на покупку нового оборудования. Но в нынешней ситуации заморозили эту программу.

Материалы и сырье, которые мы используем, на 80 % импортные. В России даже ниток качественных не производят. Нейлон, высококачественные кожзаменители, фурнитура для кожгалантереи — это все импорт.

То есть все компоненты, из которых мы шьем свою продукцию, резко подорожали. Часть продукции шьем из отечественной кожи, но и она поднялась в цене на 25 %. Причем этот процесс пока не остановился — каждый день то один поставщик объявляет о повышении цен, то другой. Думаю, лишь к концу февраля – началу марта предприятия окончательно поймут, в каких условиях им дальше работать.

В конце прошлого года мы были вынуждены повысить цены на свою продукцию на 10 %. Думаю, в ближайшие месяцы придется поднять еще на 10–15 %. Да, наш товар будет несколько дешевле, чем импортный, но не думаю, что это существенно повлияет на спрос.

В декабре ЦБ повысил ключевую ставку до 17 %. В результате банковские кредиты для предприятий резко подорожали. На вашу фабрику это как-то повлияло?

Наше предприятие уже много лет работает без банковских кредитов. Это, безусловно, сдерживает развитие, но, с другой стороны, и устраняет те риски, с которыми сейчас столкнулись многие компании, работающие на кредитных деньгах. Живем за счет собственных средств. Производство, розничная торговля, строительство и сдача недвижимости в аренду — вот три направления нашего бизнеса. Сейчас в самом сложном положении, вероятно, окажется торговля. Наверное, просядет и рынок аренды. Номинальный рост доходов возможен лишь в производстве. Но это рост в рублях, а не в штуках. Надеюсь, что физические объемы производства все же не упадут, а сохранятся на уровне прошлого года. В похожей ситуации и многие другие предприятия. Своих средств для развития недостаточно, а привлекать заемные под 20–26 % годовых экономически нецелесообразно.

За счет чего ваша фабрика планирует удержать свои рыночные позиции? Какие меры принимаете? Сокращаете расходы?

Конечно, без сокращения издержек не обойтись. Ведем переговоры с контрагентами о снижении стоимости их услуг. Будем оптимизировать работу своих подразделений, в первую очередь, транспортного и строительного. Сокращать сотрудников не планируем.

Активно занимаемся ресурсосбережением: реконструировали газовую котельную (дало нам почти 15 % экономии расходов на газ), утепляли кровли, большую часть окон в корпусах заменили на пластиковые, а люминесцентные лампы — на светодиодные. Сейчас планируем приобрести небольшую снегоплавильную установку, чтобы сократить расходы на вывоз снега. И, как всегда, когда возникают трудности, пересматриваем свои бизнес-процессы с целью повышения эффективности работы системы.

Ставки аренды пересматриваете?

Повышать пока не планируем.

На ваш взгляд, какие меры в сфере экономики сейчас должно в первую очередь предпринять правительство?

Три фактора сейчас сильнее всего влияют на ухудшение ситуации в нашей экономике. Первый — это падение цен на нефть. Я не склонен считать, что они падают вследствие заговора против России. Мне кажется, есть объективные причины их уменьшения. Второй фактор — санкции против России. И третий — крайне неэффективная система управления экономикой у нас в стране. С ценой на нефть мы ничего не можем сделать. А всё остальное — это наши проблемы, которые нам и решать.

Первое, что надо сделать, — установить мораторий на все виды проверок хозяйствующих субъектов за исключением тех случаев, когда происходит ЧП.

У наших партнеров итальянцев, чехов, немцев спрашиваю: «У вас часто бывают проверки?». Они удивляются, говорят, что за последние 10 лет ни одной проверки на их предприятиях не было. И действительно, а что проверять? Люди работают, платят налоги. Что еще надо государству? А у нас каждый год как минимум 3 проверки. Это отнимает массу времени и средств. По данным финансового омбудсмена, в 2013 году по стране проведено 2,7 млн проверок предприятий, бизнес заплатил 20 млрд руб. штрафов. Количество внеплановых проверок в 2013 году увеличилось на 50 %.

Второе — надо заморозить цены на энергоносители. Расходы на газ и электричество составляют весомую долю в себестоимости продукции промышленных предприятий. А нефтегазовая сфера продолжает жить не по экономическим законам, покупает непрофильные активы, спонсирует, например, спортивные команды. Мне совершенно непонятно, почему нашим монополистам разрешено тратить фактически государственные деньги на такие игрушки, как спортивные команды с многомиллионными зарплатами в валюте зарубежным игрокам.

И третья мера, которую должно предпринять правительство, — надо договариваться об отмене западных санкций. Понятно, что решение этой проблемы лежит в плоскости политики. Но без отмены санкций ситуация будет ухудшаться.

В чем видите главную опасность нынешней ситуации?

В том, что повышается риск неадекватных, даже истеричных решений вроде фиксации курса рубля. Летом правительство уже приняло ошибочное решение об антисанкциях в продовольственной сфере. На мой взгляд, это чисто политическое решение, экономически никак не обоснованное. Оно бумерангом ударило по нам самим — продукты подорожали. Вопросы импортозамещения в сельском хозяйстве решаются не такими методами.

Правительство недорабатывает по многим вопросам. Например, принят закон об уплате налога на недвижимость по кадастровой стоимости, но до сих пор, а уже середина января, не утверждены ни перечень объектов, ни их кадастровая стоимость. А уплата нового налога может отвлечь у предприятий весомую часть средств. Такого не было никогда. В первый раз в моей практике мы вошли в новый год и не знаем всех условий хозяйствования.

Думаете, президент отправит правительство Медведева в отставку?

То, что сейчас об этом публично речь не идет, означает лишь, что мы еще не на самом дне, ситуация будет ухудшаться. Как только упадем окончательно — обязательно отправят в отставку.


Дмитрий Сердцев
Фото depositphotos.com (1), предоставлено Александром Курцевичем (2), Александра Ощепкова (3)

Прочтений: 44 763

Читайте также