Маленький, но гордый бизнес: Пикассо из гаражей

Влюблённая пара открыла слесарное ателье — они продают мебель и лампочки по 12 тысяч

Маргарита Морева и Кирилл Ульяницкий в своей мастерской
Маргарита Морева и Кирилл Ульяницкий в своей мастерской

Маргарита Морева и Кирилл Ульяницкий год назад создали Tirage Project, который они называют дизайнерской мастерской или слесарным ателье. Уникальность их подхода в том, что они не только проектируют общественные пространства и здания, разрабатывают дизайн, но и занимаются производством различных предметов интерьера. География проектов широкая — это не только бары и другие заведения в Новосибирске, но и крупный фуд-корт в Томске, спортивный хостел в Италии, которыми занимаются сейчас. Начинали они как друзья, а в итоге стали парой, поэтому сейчас строят и отношения, и бизнес. Журналист НГС.БИЗНЕС узнал у них, можно ли в их гараже собрать самолёт, почему для интерьеров важна история, почему важно не гоняться за трендами и как старые найденные на заводе лампочки продать за 30 тысяч рублей. 

История Tirage Project началась спонтанно. Каждый из ребят занимался своим делом: Кирилл трудился в научно-производственной фирме, но уволился из неё; Марго работала в крупном московском архитектурном бюро, потом возвращалась в Новосибирск, занималась разными проектами и в один день сказала Кириллу, что её позвали работать в Москву и она может улететь завтра. Он ответил: «Нет». Через пару недель они уже сняли гараж недалеко от Технопарка и начали свой бизнес.


«Мы занимаемся здесь производством чего угодно: от табуреток до научного оборудования, можем даже самолёт собрать. Я начинал с научного оборудования, скатился немного до табуреток, но хочу остаться посередине и заниматься этими вещами», — рассказывает Кирилл.


В гараже много места, поэтому Кирилл хочет работать с большими объектами
В гараже много места, поэтому Кирилл хочет работать с большими объектами


Марго дополняет, что Кирилл всё время хочет сказать, что они слесарное ателье, но, по её мнению, они дизайнерская лаборатория. Пара выполняет такие же работы, как и дизайн-студия или дизайн-бюро, но предпочитает другую терминологию.


«Хороший термин — это дизайнерская лаборатория, потому что нам интересно придумывать, экспериментировать. Я не назову нас какими-то пионерами: в любом случае всё идёт с Запада, люди перенимают тенденции, но мы за то, чтобы всегда внедрять что-то новое и не бояться экспериментировать. Есть ещё слесарное ателье. Слесарь — человек, который пилит и варит, лишённый изящества, а слово "ателье" накладывает определённый формат — отношение к своему делу с пониманием красивого», — обозначает Ульяницкий.



По его словам, не все готовы это оценить правильно и придать какую-то реальную рыночную стоимость. Поэтому зачастую приходится делать такие вещи, которые получаются если не в убыток, то в ноль, но создаются ради стремления реализовать свою задумку.


«Жертвуешь какой-то прибылью ради того, чтобы получилось действительно красиво. Есть надежда, что это всё ложится в портфолио и даёт не то чтобы выделиться, но по крайней мере сохранить себя», — поясняет мастер.


О сохранении себя говорит и Марго, отмечая, что они совершенно не похожи ни на одно действующее дизайнерское бюро в городе.


Кирилл поясняет, что их деятельность стихийная: порой денег хватает, чтобы заработать на аренду и прожить месяц, а потом
удаётся заработать на четыре месяца вперёд
Кирилл поясняет, что их деятельность стихийная: порой денег хватает, чтобы заработать на аренду и прожить месяц, а потом удаётся заработать на четыре месяца вперёд


Кирилл говорит, что порог входа на рынок производства металлоконструкций составляет 50 тысяч рублей — это покупка сварочного аппарата, маски, перчаток, баллона и просто наличие крыши над головой; этим может заняться любой человек, потому что сварочное дело — нехитрое.


По мнению Кирилла, войти на рынок металлоконструкций можно с 50 тысячами рублей 
По мнению Кирилла, войти на рынок металлоконструкций можно с 50 тысячами рублей 


В первые полгода, конечно, они потратили гораздо больше на оборудование и инструменты — около 600 тысяч рублей. Примерно за полгода они и окупились, годовой оборот — около 3 миллионов рублей. Это удаётся, уверена пара, потому что они объединились. То, что идёт в плюс, во многом вкладывается в дальнейшее развитие, в том числе в покупку материалов, которые, возможно, пригодятся для какого-то проекта. 


Иногда материалы они не покупают, а находят в заброшенных зданиях. Например, ребята ездили на завод «Химпласт», здание которого должны снести: «Поэтому всё, что там есть, либо выкинули бы, либо экскаватором задавили бы. Мы пробежались и собрали там светильники, в том числе промышленные немецкие середины XX века, которые нам удалось продать по 30 тысяч рублей за штуку после всех работ. Буквально нашли на помойке, а потом отреставрировали, переоснастили — получилось сделать вещь из ничего. Реально есть вещи, которые могут продолжать жить, им нужно обновление», — уверен Кирилл.


Картина Маргариты 
Картина Маргариты 


А обновлённые лампочки продали по 12 тысяч за штуку. Реставрация предметов прошлого — это отдельное направление, которым занимается Кирилл. «Я не спорю, что в той же ИКЕА есть качественные, хорошие светильники, недорогие, с каким-то интересным европейским дизайном. С ними сложно конкурировать, потому что это масс-маркет, часто что-то новое появляется. Но все начинают покупать, поэтому не нравится — как бельмо на глазу. Хотя на самом деле если бы это было узко использовано, то здорово, удобно. А наши изделия — это очень эксклюзивный сегмент», — считает он.


Например, по мнению Марго и Кирилла, светильник в стиле а-ля лофт можно купить в «Леруа Мерлен» за 1500 рублей, сделанный из тонкого алюминиевого плафона, обязательно с лампочкой Эдисона. 


«Люди неискушённые думают, что взял такой светильник, ободрал кирпичную стену, купил пару стульев и сразу сделал лофт. Я не хочу никого обидеть. Просто лофт — это промышленное пространство, зачастую — фабрика или складские помещения, у которых своя специфическая обстановка. Есть элементы фабричных конструкций, куски станков, кронштейнов, балок и те же самые светильники, которые висели в течение 50 лет, видели то, что там происходит, ржавели, старились, но они реально живые, настоящие. Наша лампа — это не то, что мы с нуля сделали и хотим из-за названия накрутить цену. Мы берём настоящие вещи и даём им новую жизнь», — акцентирует внимание Ульяницкий.


Пара мечтает заняться неоновыми вывесками
Пара мечтает заняться неоновыми вывесками


Ещё Кирилл хотел бы делать неоновые вывески, несмотря на то что они сейчас не пользуются популярностью, потому что есть всевозможные диодные — экономичные и практичные. Для этого у ребят есть всё, кроме человека, которого они готовы даже обучить.


«Но диодные не могут лишить неон своей оригинальной аналоговой прелести, потому что это всё-таки светящийся инертный газ в трубках — своя эстетика. Недавно я был в Европе и увидел лишившую меня полностью рассудка вещь — механическую, кинетическую люстру, у которой медленно двигаются неоновые лампы. Я подумал: "Чёрт возьми, если такое существует и я до сих пор не додумался, то имею возможность что-то подобное сделать"», — восхищается увиденным Ульяницкий.


«Нам нравится быть около арта, мы не относимся всё равно к этой
деятельности как к 100%-но коммерческой», — говорит Марго
«Нам нравится быть около арта, мы не относимся всё равно к этой деятельности как к 100%-но коммерческой», — говорит Марго


По словам Кирилла, пока это фантазии, которые должны быть подкреплены каким-то запасом прочности, потому что в Новосибирске в ближайшее время вряд ли кто-то будет готов позволить себе такую вещь. Но в то же время в Европе такая люстра висит в центре огромного гастрономического рынка.


У Марго тоже есть своё отдельное направление — живопись. С этого года её картины начали находить свои интерьеры, своих покупателей. При этом своя деятельность Кирилла и Марго пригождается в их общих проектах.



«Создавая проект, мы не ставим задачу его укомплектовать, но есть задача наполнить его какими-то уникальными предметами — свет, мебель, чтобы было именно так, как мы задумали. Зачастую для этого требуются мощности производства. Если мы придумали, то знаем, как это сделать. Это упрощает задачу заказчику», — уверена девушка.


Когда пара начинает совместную работу над каким-то проектом, то сначала, по словам Марго, они сливаются в одну реку, вместе генерируют идеи, делятся опытом друг с другом, а потом обратно рассоединяются.


«Мы схожи обычно во мнениях, что очень хорошо для нашего тандема, но даже если мы не схожи, то после итальянских бурь мы всё-таки приходим к общему знаменателю. Потом уже, когда разработали концепт, сформировалась идея, история, потому что мы не просто делаем интерьер, наполняя его предметами и подбирая цвет (это всё дальше идёт), для нас в первую очередь важно привнести историю в проект. Чтобы проект жил, чтобы мы понимали, что у каждого интерьера есть сценарий», — описывает процесс работы Марго.


Так выглядит гараж снаружи
Так выглядит гараж снаружи


Потом они предлагают друг другу предметы интерьера, которые можно было бы сделать. Марго согласовывает варианты с заказчиком, работает над цветом, светом, мебелью, а Кирилл занимается уже реализацией. «Я черчу, а он варит», — смеётся девушка.


Создатели Tirage Project не хотят гоняться за тенденциями, хоть и следят за ними: «На самом деле сейчас многие дизайнеры, архитекторы, мебельщики стремятся за трендами — это огромная ошибка, на мой взгляд. Мы, конечно, не в пещере живём и следим за этим, но пытаемся создать своё, следуя трендам в том числе. Когда я работала в московском бюро и пять лет назад мы садили дерево в ресторане, нам говорили: «Вы что, сумасшедшие?! Так только японцы делают в своих садах, а вы тут решили», а сейчас я смотрю, что в Новосибирске появляются заведения и офисные помещения, для которых зелень и деревья в порядке вещей: никто не считает это каким-то суперстранным предложением, поэтому нужно не бояться делать что-то своё», — заверяет Марго.


Ребята считают, что с некоторыми проектами им повезло: они были коммерческими, но при этом им полностью удалось реализовать свои идеи, видение пространства и мира. Один из таких — это бургерная Chill & Grill в Шерегеше.


Бургерная в Шерегеше по проекту Марго и Кирилла 
Бургерная в Шерегеше по проекту Марго и Кирилла 


«Нужно было создать в маленьком пространстве весёлую обстановку, где люди себя комфортно бы чувствовали. В Шерегеше все же тусуются постоянно в горнолыжных костюмах, в касках, с лыжами, поэтому захотелось сделать интерьер, в котором люди оставались бы, грубо говоря, на улице. Само пространство обезличенное, а в центре стоит кухня открытого типа. Мы собрали фуникулёр, в который помещаются много людей», — вспоминает Кирилл.


Недавно им предложили заниматься детскими площадками, это ещё обсуждается, но Кирилл и Марго считают эту тему интересной, потому что можно придумать сценарий и изобрести что-то неординарное.


«Есть датское бюро Monstrum, занимающееся детскими площадками, — уникальное. Например, в парке Горького в Москве до сих пор стоит их супергородок — настоящий, не пластиковый и китайский, а из дерева и железа. Он, естественно, безопасный, прошёл все сертификаты, но отличается от всего того, что существует на этом рынке. Понятно, что все считают, что если заказать площадку из Китая, то это будет дешевле, но с нашей рыночной ситуацией это не так. Дешевле найти здесь ребят, которые знают, как это сделать необычно и недорого. Если честно, у меня уже от этих пластиковых горок дёргается глаз. Никто не задумывается, что они через год будут грязные, их нельзя нормально покрасить», — переживает Марго.


Марго уверена, что они с Кириллом найдут единомышленников и будут формировать рынок 
Марго уверена, что они с Кириллом найдут единомышленников и будут формировать рынок 


Кирилл говорит, что сейчас они выкупают часть оборудования у компании «Солнечный город», которая занималась детскими площадками старого типа. Он надеется, что они найдут заказчика, который будет готов к таким проектам.


«Большие проблемы у нас с рынком, я считаю, он только-только начинает вспышками оживать. Я смотрю на некоторые дизайнерские бюро в Новосибирске и вижу, что они что-то делают, мне нравятся многие проекты. Это не то, что я бы хотела делать и что делаю, но это то, что делают другие люди. И они хоть как-то пытаются формировать рынок. Мне кажется, если нас было бы двое на весь Новосибирск, это была бы утопия, а так есть ещё люди. Я понимаю, что перспектива есть. Нужно время», — резюмирует Марго.


Читайте также:

Маленький, но гордый бизнес: какие формы

Влюблённая пара открыла своё дело — чтобы запустить бизнес, они поменяли машину на печь.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram — мы отбираем туда самые важные новости со своими комментариями.

Мария Тищенко
Фото Ольги Бурлаковой (1, 2, 4–8, 10, 12), instagram.com/tirageproject (3), instagram.com/gallery_no_name (9), предоставлено Маргаритой Моревой (11)

Читайте также